№ 18(343) сентябрь / Искусство

Следующая статья...»

Летописец Эпохи

25 сентября 2006 года исполнилось 100 лет со дня рождения великого русского композитора Дмитрия Дмитриевича Шостаковича.
Родился Шостакович в Санкт-Петербурге. С ранних лет в мальчике обнаружился музыкальный талант, развиваться которому пришлось в переломное для России революционное время, в условиях крайней нужды, а после смерти отца — и почти голода. В 19 лет Шостакович, являясь выпускником Консерватории, написал свою Первую симфонию. Музыка симфонии, продолжающая традиции классического русского симфонизма, продемонстрировала особую новаторскую творческую манеру композитора и высокое мастерство, что позволило произведению очень быстро завоевать популярность во всем мире.
Успешная творческая деятельность Шостаковича в 30-е годы была прервана травлей его музыки в партийной печати. В то время это грозило потерей свободы, а то и жизни. Шостакович ответил на вызов судьбы своим искусством. Вышедшие из-под его пера 5-я, а позже, уже в годы войны, 7-я («Ленинградская») симфонии сделались символами времени и получили мировое признание, что, возможно, спасло композитора от репрессий. В 1948 году он вновь подвергся нападкам со стороны власти за «формализм», и до смерти Сталина был вынужден писать «в стол», зарабатывая себе на жизнь в основном сочинением музыки к кинофильмам (что он делал, по его словам, всегда с большим трудом). Несмотря на то, что многих членов его семьи  репрессировали, его самого выгнали из Консерватории, а музыку его почти не исполняли, Дмитрий Дмитриевич писал письма Сталину в защиту страдавших от режима людей и помогал их родственникам, чем мог. Тогда такие поступки требовали большого мужества и бесстрашия.
После 1953 года положение Шостаковича изменилось, и к 60-м годам он стал самым известным, исполняемым и почитаемым советским композитором. Власть, пользуясь этим, усиленно втягивала его в орбиту своего «идеологического обслуживания». Шостакович, имевший силы противостоять нажиму власти в страшную эпоху ГУЛАГа, не боявшийся возражать и говорить нелицеприятные вещи самому Сталину, в гораздо более легких условиях поддался этому нажиму, из-за чего многие (например, Солженицын) обвиняли его в конформизме. Возможно, это было связано с тем, что он стал серьезно болеть и решил посвятить быстро тающие силы только музыке, как бы махнув рукой на все внешнее... Умер композитор 9 августа 1975 года. 
Творчество Шостаковича — это летопись эпохи. Как самый чувствительный сейсмограф, все горе, все страдания, весь ужас своего времени Дмитрий Дмитриевич выразил в своей музыке. Слушать ее нелегко. Она лишена внешней «красивости», но ее глубина и трагичность, необыкновенная искренность и каким-то невероятным образом запечатленная в музыке правда глубоко волнуют слушателя. Но истинное величие художника в том, что, запечатлевая свою эпоху, он ее перерастает. И уже при жизни композитора многие видели в его творчестве нечто большее, чем просто летопись: запечатленное с великой художественной силой в музыке страдание человека — в противостоянии абсолютной бесчеловечности существования в земном мире и в ожидании величайшей трагедии — смерти.
Это страдание — от отсутствия близости Бога. Нельзя назвать Шостаковича атеистом. Сам он никогда не позволял себе атеистических высказываний, с огромным уважением относился к верующим людям, а когда его «втягивали» в партию, ссылался на свои религиозные убеждения. Трудно сказать, что стояло за этими словами. Но в музыке Шостаковича с ужасающей ясностью слышна трагедия души благородной, но Бога не знающей, ищущей Света — но не обретающей его...
Бесспорно, Дмитрий Дмитриевич был именно благородным человеком. Ему были присущи многие странности, он был чрезвычайно нервным, эксцентричным, почти «юродивым». Но все, кто встречался с ним в жизни, а особенно люди, которые смогли завоевать его дружбу (это было очень нелегко), отмечали его необыкновенную доброту, деликатность и чистоту. Для него чрезвычайно важна была нравственность. «Нельзя лишаться совести. Потерять совесть — все потерять. Добро, любовь, совесть — вот что самое дорогое в человеке», — писал он в одном частном письме.
Вспоминая светлый образ нашего великого соотечественника, еще раз думаю о том, как актуальны и важны его слова для нас, живущих сегодня в Церкви, но порой не достигающих той высоты нравственности и порядочности, на которой стоял Шостакович и которую он воплотил в своей музыке.

Следующая статья...»

№ 8 (357) апрель 2007


№ 9 (358) май 2007


№ 13-14 (362-363) июль2007


№ 17(366) сентябрь 2007


№ 18(367) сентябрь 2007


№ 19(368) октябрь 2007


№ 21(370) ноябрь 2007


№ 22(371) ноябрь 2007


№ 23(372) декабрь 2007


№ 24(373) декабрь 2007


№ 1-2(374-375) январь 2008


№ 6(379) март 2008


№ 9 (382) май 2008


№ 10 (383) май 2008


№ 11(384) июнь 2008


№ 15-16 (388-389) август 2008


№ 18(391) октябрь 2008


№ 19(392) октябрь 2008


№ 20 (393) октябрь 2008


№ 19(392) октябрь 2008


№ 15-16 (388-389) август 2008




№ 9 (382) май 2008




№ 6(379) март 2008


№ 1-2(374-375) январь 2008


№ 24(373) декабрь 2007


№ 22(371) ноябрь 2007


№ 13-14 (362-363) июль2007





№ 9 (358) май 2007


№ 8 (357) апрель 2007


№ 22 (347) ноябрь


№ 19(344)октябрь


№ 3 (328) февраль 2006


№ 24(325) декабрь 2005




 Создание и поддержка —
 проект «Епархия».


© «Церковный Вестник», 2002-2008