№ 19-20 (296-297) октябрь 2004 / Синодальные учреждения

«..Предыдущая статьяСледующая статья...»

Доклад архиепископа Орехово-Зуевского Алексия о монастырской жизни

На канонической территории Русской Православной Церкви в настоящее время открыты и действуют 655 монастырей, из которых мужских насчитывается 321, женских — 334. Число монастырских подворий и скитов превышает 200. В непосредственном ведении Святейшего Патриарха Московского и всея Руси состоят 25 ставропигиальных монастырей. В монашеских обителях на территории Российской Федерации проходят церковное послушание более 10 тысяч насельников и насельниц.

Число подвизающихся в монастырях братьев и сестер имеет тенденцию к некоторому увеличению. Этот рост связан не только с расширением состава монашеских общин, но и с постоянным ростом числа самих обителей. Стремление насадить и взрастить монашескую общину, особенно если число действующих в епархии монастырей невелико, вполне закономерно. И все же, думается, дело не в количестве монастырей, а в том, чтобы они соответствовали своему предназначению, становились островами духовности, духовными твердынями и оплотом Православия.

На некоторых аспектах опыта и проблем устроения современных монастырей и иноческой жизни в них хотелось бы остановиться подробнее.

Прежде всего, нельзя не отметить, что возрождение монастырей и монашества происходит во всех традиционных формах служения. Монастыри активно действуют в области духовного просвещения, благовествуют слово Христовой истины, совершают миссионерские труды. Отдельные обители сосредотачивают свою деятельность именно на миссионерском служении, получают особый статус монастырей с миссионерской направленностью.

Духовно-просветительская работа в современных монастырях обычно включает в себя создание воскресных школ для детей и взрослых, формирование паломнических служб, организацию катехизических бесед с прихожанами монастырских храмов. Но служение обителей делу просвещения не ограничивается монастырскими стенами. Монастыри организуют молебные пения на открытых местах, привлекая к ним множество народа, проводят массовые крестные ходы, в том числе возрождают исторические традиции дальних крестных ходов по святым местам теми маршрутами, которыми под хоругвями с молитвой проходили наши предки. Во многих монастырях возрождено книгоиздание и распространение святоотеческой, богословской и другой душеполезной литературы. Отдельные обители сотрудничают с государственными и негосударственными учебными заведениями, открывают в них домовые храмы, получают возможность проводить учебные занятия теологического и культурологического направлений.

Практически все обители, которые уже преодолели начальный этап возрождения, развивают социальное и патронажное служение. На Поместном Соборе 1917-1918 годов было уделено немалое время дискуссии по вопросу о служении монастырей по образу Марфы и по образу Марии. В принятом на Соборе Определении сказано, что монастыри обязаны обеспечивать приют и уход престарелым и больным инокам. Думается, к этому положению необходимо возвращаться.

Относительно социального служения в том же разделе Соборного Определения говорится: «Для удовлетворения нужд богомольцев и местного населения монастыри устраивают, где возможно: а) приемные покои и аптеки, б) приюты для сирот, в) убежища для инвалидов, г) странноприимные дома. Монастыри приходят на помощь населению во время народных бедствий, ...помогают семьям заключенных в тюрьмах, кормят нищую братию и одевают нагих». Сегодня подобная социальная деятельность развивается при крупных, более стабильных в хозяйственном отношении монастырях. Но к посильным видам социального служения должны подключаться все обители.

Внимание к нуждам заключенных также необходимо рассматривать как направление монастырской благотворительности. Видов работы здесь немало — от помощи в создании домовых храмов в колониях и тюрьмах до ответов на письма заключенных, направления адресной помощи в виде продуктовых посылок, организации сбора и отправки в места лишения свободы предметов одежды, духовной литературы, почтовых принадлежностей. Что-либо из перечисленного может понести любой монастырь.

Серьезной помощи сегодня требуют учреждения социальной защиты населения — интернаты, детские дома и дома инвалидов. К работе в них надо привлекать молодежь, устанавливать шефство над социальными учреждениями, с благословения епархиального архиерея образовывать при монастырях братства и сестричества милосердия.

Нельзя не сказать, что по-прежнему актуальным для большого числа обителей остается вопрос возвращения монастырских зданий и сооружений, получение прав на землевладение как в отношении территорий самих монастырей, так и земельных участков за их пределами для ведения подсобных хозяйств. По-прежнему монастыри на своей исторической территории вынуждены соседствовать с учреждениями культуры и иными организациями. В таких случаях проявление мудрости и терпения должно сочетаться с аргументированным и твердым отстаиванием законной позиции монастыря. Нередко ситуации бывают непростыми, их преодоление затягивается, но всегда надо находить общий язык и стараться избегать конфликтов, которые только тормозят решение вопроса и создают ненужный ажиотаж в средствах массовой информации. Многое здесь зависит от опыта, административных способностей, последовательности и разумной настойчивости настоятелей и настоятельниц.

Необычайно важно, чтобы настоятели и настоятельницы были предельно внимательными к тем, кто переступает порог обители, имея намерение стать иноком. Внимание должно быть обращено на то, чем руководствуется человек, прося о принятии в монастырь, каковы мотивы его жизнеопределяющего поступка. Если выбор не осознан, если это не приход к Богу, а попытка бегства от житейских трудностей, от семейных неурядиц, дополняемых неудачами на работе, то в самом ближайшем будущем такого человека и в монастыре ждет довольно сложный период. Он так и будет жить мирскими задачами и по мирским критериям, не осознавая, в каком месте он находится. Именно на монастырское начальство возложена обязанность должным образом испытать приходящего, прежде чем принять его в число послушников. Многих нестроений и соблазнов в обители можно избежать, трезво и ответственно подходя к вопросу приема в монастырь.

Древняя монастырская традиция — вручать новоначального старцу. Прежде каждой обители предписывалось иметь своего старца, а также и духовника. Ясно, что сегодня обеспечить выполнение этого требования невозможно. Потребуются десятилетия внешне нестесненного развития монастырей, чтобы в них родились духовно опытные старцы и старицы, способные к руководству в духовной жизни и наставлению монашествующих. Решение пока видится в том, чтобы обращаться к опыту известных крупных монастырей, сохранивших традицию духовного наставничества или возродивших ее задолго до массового возвращения обителей Церкви.

Святейший Патриарх неоднократно говорил, что проблема духовничества в монастырях остается достаточно острой. Она требует усилий от правящих архиереев. Духовников для обителей необходимо подбирать и воспитывать, особенно для женских монастырей, где духовник всегда назначается извне, в то время как в мужских монастырях духовники состоят в братстве обители и часто вырастают из него.

Безусловно, вопрос о монастырских духовниках трудный. Но заниматься проблемой духовного руководства в монастырях требуется безотлагательно, иначе целостность и жизнеспособность монастырского организма, его соответствие своему предназначению окажется под угрозой.

Другой актуальной и, я бы сказал, болезненной проблемой является проблема послушания. Приходится отмечать, что во многих обителях нет правильного отношения к послушанию не только у послушников и новоначальных, но и насельников и насельниц, проживших в постриге не один год.

Большое терпение, рассудительность и трезвомыслие необходимо настоятелям, настоятельницам и духовникам в заботе о постепенном восхождении вверенных им братьев и сестер в духовной жизни. Не только к пострижению в рясофор и мантию, но и к облачению в подрясник или хитон послушника или послушницу надо терпеливо готовить, испытывая в них и твердость намерения идти иноческим путем, и старание отсекать свою волю. Эта воспитательная работа требует длительного времени, иногда целого ряда лет, а не такого, мягко сказать, упрощенного отношения, когда человек весьма юных лет, переступив порог обители, уже через год ходит в рясофоре. Есть определенный возрастной ценз, продиктованный практикой Церкви, опытом многих поколений монашествующих, и надо им руководствоваться: пострижение в мантию не ранее 30-летнего возраста, в рясофор можно постригать и по достижении 25 лет. Конечно, это определяется в каждом случае индивидуально, и могут быть исключения. Но именно исключения, а не норма.

Хочется обратить внимание на отношения старших и младших, и особенно в женских монастырях. Нередко это отношения не христианского единения и любви, а разобщенности по принципу — кто кем командует. Приводит это к нарочитому унижению младших, к возложению на них тяжелых физических трудов, никак не сообразуемых ни с возрастом, ни с телесной крепостью. Подобные отношения напоминают пресловутую армейскую «дедовщину» и непременно должны вызывать незамедлительное вмешательство Монастырского совета (или Духовного собора монастыря), чтобы столь пагубные явления устранялись сразу и безвозвратно.

С проблемой послушания связан вопрос монастырской дисциплины. Бесспорно, она должна соблюдаться сообразно уставу общежительного монастыря и быть основанной на полном послушании настоятелю или настоятельнице, без ведома которых в монастырях, как известно, ничего предпринимать нельзя. Однако дисциплина в монастыре не может строиться на принуждении. В этом смысле монастырь — уникальный организм, который составляют свободные личности, по любви к Богу и желанию совершенной жизни во Христе свободно отказывающиеся от своей воли. И если послушника к послушанию принуждают, это не может находиться в согласии с монашеской и церковной традицией. Насильно в Царство Небесное не затащишь. Не дисциплиной и даже не соблюдением устава созидается монастырское братство, а только любовью. Но убеждать необходимо, ибо убеждение — один из способов наставления и руководства.

Тем же монашествующим, которые не желают жить в монастыре, согласно святоотеческому установлению не должно дозволять ношение монашеских одежд. Оставившие монастырь не подлежат приему в другую обитель; перевод в другой монастырь возможен только в каноническом порядке. Необходимо быть внимательными к фактам посещения монастырей подобными «беглыми» иноками. Приходится, увы, обо всем этом говорить, поскольку в современной церковной практике встречаются подобные негативные примеры.

Отдельный вопрос — отношения настоятелей и настоятельниц с епархиальным архиереем. Из факта синодального назначения настоятеля или настоятельницы вовсе не следует неподконтрольность и непослушание последних своему архипастырю. Епархиальный монастырь всецело находится в ведении правящего епископа, по благословению которого ведутся дела и решаются все вопросы, связанные с благоустроением обители, ее внешней и внутренней жизнью. Протоколы заседаний Монастырского совета или Духовного собора подлежат обязательному направлению правящему архиерею на рассмотрение и утверждение.

С ведома епархиального архиерея разбираются личные дела насельников и насельниц. Участились случаи, когда монашествующие обращаются с жалобами прямо в синодальные учреждения, в обход благочинного и епархиальной власти. К сожалению, бывает, что инок подает жалобу в светские инстанции или отправляет ее в средства массовой информации. Вообще, сам факт обращения монашествующего с жалобой чаще всего говорит о его неправильном, немонашеском внутреннем устроении.

В завершение хотел бы отметить, что затронул лишь некоторые стороны монашеской жизни, отдельные вопросы и проблемы, которые представляются актуальными. А самого серьезного внимания сегодня требует внутренняя жизнь монастырей, воспитание насельников и насельниц достойными монашеского звания, жаждущими подлинной жизни во Христе.

Публикуется с сокращениями

«..Предыдущая статьяСледующая статья...»

№ 1-2 (278-279) январь 2004


№ 19-20 (296-297) октябрь 2004




Доклад архиепископа Орехово-Зуевского Алексия о монастырской жизни


№ 11 (335) июнь 2006


№ 13-14 (336) июль 2006


№ 19(368) октябрь 2007


№ 6(379) март 2008


№ 13-14(386-387) июль 2008


№ 17(390) сентябрь 2008


№ 19-20 (296-297) октябрь 2004















 Создание и поддержка —
 проект «Епархия».


© «Церковный Вестник», 2002-2008