Церковный вестник


№ №7 (260) Апрель 2003 г. / Церковь и общество

НАША ПОМОЩЬ ДОЛЖНА БЫТЬ ОБРАЩЕНА К КОНКРЕТНЫМ ЛЮДЯМ

— Отец Аркадий, с чем связана необходимость расширения состава Комиссии по церковно-социальной работе?

— Сейчас Церковь накопила уже достаточно сил для проведения активной благотворительной деятельности. У Церкви появилось много социальных проектов, и для того чтобы эту работу организовывать и координировать, нужно привлечь к этому больше людей. С другой стороны, в стране обострились социальные проблемы — в частности с беспризорными детьми, с бездомными, и в решении этих проблем Церковь могла бы участвовать. Комиссии по церковно-социальной работе действуют сегодня в большинстве епархий Русской Православной Церкви. В докладе Святейшего Патриарха Алексия, недавно представленном на Епархиальном собрании Москвы, вопрос о социальной деятельности в столице занимал очень важное место. Знаком особого внимания Его Святейшества к этой работе является и расширение состава Комиссии по социальной деятельности, а также включение в нее представителей всех благочиний города Москвы.

Святейший Патриарх подчеркнул в своем докладе, что социальная деятельность должна быть не формальным исполнением постановлений священноначалия и созданием новых бюрократических структур, а должна быть обращена к конкретным людям, нуждающимся в помощи. Важно, чтобы не на словах, а на деле Церковь помогла тем, кто нуждается в помощи.

— Вы сказали, что Святейший Патриарх Алексий поставил вопрос не только о количественном изменении состава Комиссии, но и о качественном изменении церковной социальной работы?

— В докладе Святейшего Патриарха, представленном на Епархиальном собрании, отмечалось, что многие приходы в отчетах писали о том, что они занимаются социальной деятельностью, а при проверке выяснилось, что эта деятельность имеет формальный характер. Например, писали о благотворительных столовых, а оказывалось, что это просто столовые для клира и церковных работников. Говорили об открытии мастерской для инвалидов, а оказывалось, что в приходе просто работает один инвалид. То есть в отчетах нередко приводятся завышенные, преувеличенные данные о социальной деятельности приходов, желаемое выдается за действительное. Поэтому на Епархиальном собрании было принято решение о проверке данных отчетов и активизации социального служения.

— Отец Аркадий, есть ли в Москве приходы, которые занимаются такой трудной работой, как помощь так называемым бомжам?

— Да, конечно. Это подворье Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, храм святых бессребреников Космы и Дамиана в Шубине, храм Успения Пресвятой Богородицы на Успенском Вражке и некоторые другие. Эти храмы предоставляют бомжам бесплатное питание.

— Наверное, попечение о бомжах чревато большими сложностями для приходов? Например, в храме накормили множество бродяг, некоторые из которых больны инфекционными заболеваниями. Затем в этот храм приходят прихожане. Не появляется ли в таком случае угроза распространения инфекции?

— Конечно, угроза заражения есть. И не только для прихожан, но и для жителей окрестных домов. Кроме того, после еды бомжи нередко начинают нарушать общественный порядок. Так что работа с ними должна быть организована с жестким соблюдением санитарно-гигиенических норм и общественного порядка.

— Что же в таком случае нужно делать?

— Должна быть выстроена некая социальная “лестница”, которая будет спускаться до самых низших уровней жизни, доходить до дна, на котором пребывают бездомные люди. Это должна быть “лестница”, по которой они при желании могли бы подняться наверх. И состоять она должна из последовательных ступеней. Люди, которые занимаются работой с бездомными, должны понимать, что их деятельность не исчерпывается только какой-то отдельной помощью бомжам. Мы не должны помогать им, считая, что они навсегда останутся такими, какие они есть. Мы должны помочь им подняться со дна. Если мы их кормим, то это не только потому, что они нуждаются в пище, но и для того, чтобы ближе познакомиться с ними и начать индивидуальную работу. Они должны иметь возможность встречи со священником, юристом, психотерапевтом. Для них необходимо организовать рабочие места, чтобы они не воровали и не нарушали общественный порядок. Я знаю, что мэр Москвы Ю.М. Лужков рассматривал вопрос о создании работных домов для бомжей. Должна быть многоступенчатая система работы с бездомными.

Наверное, не все смогут подняться по этой “лестнице”. Но те, кто оказался в таком положении не в силу своего личного жизненного выбора, а вследствие трудных обстоятельств, должны иметь возможность вернуться обратно в общество. Поэтому особенно важно при работе с бомжами выявлять тех людей, которые недавно оказались в этой ситуации. Если помочь им сразу, то не успеет произойти необратимая деградация личности. Если же такая деградация уже произошла, то все равно остается надежда на чудо Божие.

Для Церкви важно помочь этим людям прийти к вере. Вера образует в душе тот стержень, который помогает выйти из трудной ситуации. Подход к этим людям должен быть обязательно личностным. Нельзя сто человек накормить и считать, что оказана помощь. Такая благотворительность помогает бомжам оставаться в их статусе, а наша задача — помочь им вернуться в общество.

— А как Церковь работает с беспризорными детьми?

— Работая с беспризорными детьми, на мой взгляд, крайне важно объединить наши усилия с государственными и общественными организациями. Ведь беспризорность прямо зависит от качества работы детских домов и интернатов. Из многих детских домов дети постоянно убегают — они не хотят там оставаться из-за сформировавшейся там неблагоприятной обстановки. Государство идет сейчас по пути создания малокомплектных и семейных детских домов, потому что в больших интернатах трудно воспитать ребенка. И приходы, и верующие люди могут принять в этом участие.

Сейчас в Конгресс-центре Торгово-промышленной палаты РФ проходит международная конференция “Инновационные программы помощи российским детям-сиротам”, организованная при поддержке президента благотворительного фонда Торгово-промышленной палаты РФ “Центр помощи беспризорным детям” Е.М. Примакова и американского благотворительного фонда “Бакнер — международная помощь детям-сиротам”. На конференцию съехались представители всех регионов России, чтобы обменяться опытом. Но, к сожалению, представители Русской Православной Церкви не приглашены на эту конференцию. Мне кажется, что Церкви и обществу надо общими усилиями решать проблему беспризорности. В Западной Европе, в Америке Церковь очень часто является главным инициатором развития социальных программ, и государство обращается за помощью к Церкви. У нас общество нередко просто недооценивает роль Церкви. А ведь Церковь готовит самоотверженных, бескорыстных педагогов и социальных работников, которые могут помочь в этом деле. Даже в ГУЛАГе это понимали и ставили священников и верующих начальниками столовых и складов, потому что знали, что они воровать не будут. Мы думаем, что программы реабилитации должны строиться прежде всего на основе традиционных духовных ценностей России и идей патриотизма.

— В Москве местами наибольшего скоплений бомжей и беспризорных детей сегодня стали вокзалы. На многих вокзалах устроены православные часовни. Есть ли при этих часовнях группы социального служения?

— Да, сегодня вокзал — это не только то место, откуда люди отправляются в путешествия, но и центр самых острых социальных проблем. Сейчас с вокзалов, слава Богу, маленьких беспризорных детей уже в основном забрали. Ситуация на вокзалах в последнее время несколько изменилась, стала лучше. Но там по-прежнему много тех людей, которые нуждаются в помощи Церкви, и православные часовни на вокзалах должны стать местом и проповеди, и социальной помощи.

Нам нужны сотрудники, желающие потрудиться на социальном поприще. Те, кто хотят помочь другим или сами нуждаются в нашей помощи, могут обращаться к нам по телефону 237-60-49.

По материалам “Седмицы.Ru



© «Церковный Вестник», 2002-2008