Церковный вестник


№ 9-10 (262-263) май 2003 г. / Образование

Духовные школы: заканчивается первый этап реформы

На вопросы “Церковного вестника” отвечает иеромонах Петр (Еремеев), ответственный секретарь
Учебного комитета Русской Православной Церкви.

— Отец Петр, как повлияло на работу Учебного комитета значительное увеличение числа духовных учебных заведений в последние годы? Изменились ли функции Учебного комитета?

— За последние 10—15 лет ситуация в сфере духовного образования изменилась коренным образом. Возвращение наших соотечественников к своим духовным корням, массовое возрождение и строительство храмов и монастырей — все это потребовало от Церкви создания условий для подготовки кандидатов для рукоположения в священный сан в самые короткие сроки. С этой целью повсеместно открывались новые духовные школы: семинарии, училища, пастырские курсы. Но, поскольку все они создавались практически на пустом месте, очень остро почувствовалась нехватка преподавательских кадров, учебных и методических пособий. Сказалось на образовательном уровне новых учебных заведений и то обстоятельство, что практически все они создавались по шаблону духовной школы советского периода — времени, когда Церковь находились под жесточайшим контролем атеистической государственной машины, когда речь шла о выживании наших духовных учебных заведений и сохранении хоть каких-то традиций дореволюционного духовного образования.

В середине девяностых годов стало очевидно, что система духовного образования нуждается в серьезных преобразованиях. Необходимость реформы в образовательной сфере была обозначена в решениях Архиерейских Соборов 1994, 1997 и 2000 годов, которые и поставили перед Учебным комитетом новые задачи. Прежде всего это разработка стратегии развития системы духовного образования в новых исторических условиях, создание условий для совершенствования учебного процесса и развития научной деятельности в духовных учебных заведениях в соответствии с требованиями времени.

Расширение сферы деятельности Учебного комитета, безусловно, требовало реформирования его собственной структуры. Представьте, что до конца девяностых годов управление системой духовного образования всей Церкви осуществлялась аппаратом, состоящим из нескольких человек. Это было оправданно в советский период, когда Церковь имела всего лишь три духовных семинарии — Московскую, Ленинградскую и Одесскую — и две духовных академии — Московскую и Ленинградскую. Но когда в ведении Учебного комитета стало насчитываться уже 5 духовных академий, 26 духовных семинарий и 31 духовное училище, такой аппарат не мог справиться с резко возросшим объемом работы, и в январе 2001 года Святейшим Патриархом была утверждена новая структура Учебного комитета, предусматривающая создание в его составе специализированных профильных подразделений.

По их наименованию можно составить представление о тех задачах, которые сегодня перед нами стоят. Это стандартизация духовного образования и работа по получению духовными учебными заведениями государственной лицензии и аккредитации, содействие развитию богословской науки и совершенствование воспитательной работы, развитие издательской деятельности и помощь духовным школам в освоении компьютерных технологий и многое другое.

— Как сегодня идет реформа богословского образования?

— В этом году будет осуществлен первый выпуск семинариями, перешедшими на пятилетний срок обучения. Таким образом, уже можно говорить о первых результатах реформы.

Естественным продолжением реформы семинарий является реформа духовных академий, осуществляемая в соответствии с концепцией реформы всей системы духовного образования. Академии становятся учебно-научными центрами по подготовке преподавательских, научных, исследовательских и административных кадров для системы духовного образования, церковных научных центров, синодальных и иных церковно-административных учреждений. Обучение в академиях становится специализированным, трехлетним, осуществляемым по четырем отделениям: богословскому, библейскому, историческому и церковно-практическому. Основное внимание в академии будет уделяться исследовательской работе, повышению качества преподавания и достижения международных стандартов в учебно-научной деятельности.

В настоящее время Учебным комитетом при участии духовных академий и Свято-Тихоновского института подготовлены учебные планы новой академии и рекомендации, отражающие совокупный опыт ведущих отечественных и зарубежных церковных и светских учебных заведений. При составлении планов учитывалась как реальная ситуация с преподавательскими кадрами, так и приоритетные задачи развития отечественной церковной науки и практики. Уже в августе-сентябре этого года Московская и Санкт-Петербургская духовные академии осуществят первый набор для обучения по данной системе.

Пожалуй, можно сказать, что сегодня мы подошли к завершению первого этапа реформы — стандартизации духовного образования и создания условий для выполнения нашими духовными учебными заведениями тех элементарных требований, которые предъявляются во всем мире к высшей школе. Я уверен, что потенциал наших академий и ряда семинарий достаточно велик для относительно скорой и безболезненной модернизации образования.

Следующий этап реформы — приведение учебных планов и организационно-административной структуры наиболее подготовленных семинарий (перешедших на пятилетний курс образования) в соответствие с требованиями теологического стандарта и работа по получению духовными школами лицензии на образовательную деятельность по этому стандарту и их аккредитации. На пути реализации этих планов есть сложности организационно-правового характера. Они связаны с тем, что правовое положение религиозных образовательных учреждений в современной России по-прежнему остается во многом противоречивым. Для решения этих проблем потребуется много сил и времени, но решать их надо. Только государственная аккредитация поставит семинарские и академические дипломы  в один ряд с дипломами высших учебных заведений, признаваемых государством.

— Год назад Святейший Патриарх на встрече с ректорами духовных школ России не скрывал, что у реформы есть не только сторонники, но и противники. Удалось ли их убедить в необходимости реформы в полном объеме?

— У любой реформы всегда есть противники. Реформа духовного образования не исключение.

Да, наши оппоненты движимы благородным желанием сохранить традиции и наследие той духовной школы, в которой они когда-то учились, которую они любят и высоко ценят. Но кто сказал, что Учебный комитет решил поставить точку в истории отечественного духовного образования? Все мы тоже учились в семинарии и академии, и каждый из нас с трепетом относится к своей alma mater. 

Я не разделяю опасений тех, кто считает, что, применяя государственный теологический стандарт, духовная школа потеряет связь с традицией духовного образования. Если честно, мне не понятно, о какой точно традиции идет речь. Если мы говорим о семинарии и академии советского периода нашей истории, то это ведь несколько иные учебные заведения, чем одноименные им дореволюционные духовные школы. Да и семинария с академией накануне революции 1917 года — это уже не те семинарии и академии, которые создавались в XVIII и в XIX веках. Учебные программы, уставы, сам статус духовных учебных заведений часто менялись. Посмотрите на историю духовного образования в России — это же постоянные преобразования. Получается, что проводимая сегодня реформа — шаг вполне созвучный традиции отечественного духовного образования. Тем более что теологический стандарт, который является главной причиной возникающих дискуссий, и по авторству и по духу является церковным.

Главная причина сопротивления реформе — это незнание сути проводимых преобразований. Иногда просто поговоришь с человеком, с комментариями полистаешь с ним стандарт — и находишь полное понимание. Мы же хотим выдавать нашим выпускникам дипломы, признаваемые государством? Нет никаких причин лишать наших выпускников, проучившихся пять лет в семинарии по программе, теперь уже фактически идентичной государственному стандарту, возможности получать диплом государственного образца. Да и огромные затраты Церкви на духовное образование будут более оправданы, если выпускники наших семинарий и академий на равных правах с выпускниками аккредитованных вузов страны смогут полноценно участвовать в жизни нашего государства и общества.

— В последние годы значительное число выпускников семинарии не принимают священного сана. Эта тенденция сохраняется или можно говорить о том, что ситуация изменилась?

— Безусловно, в выпусках семинарий и академий доперестроечных времен духовенства было больше. Но ведь тогда в духовных учебных заведениях учились люди, уже отслужившие в армии, порой имеющие не один год трудового стажа. Сегодня же подавляющее большинство наших студентов — это молодые ребята, совсем недавно получившие аттестат о среднем образовании.

Сегодня высказываются опасения, что после получения семинариями аккредитации их выпускники, имея возможность трудоустроиться вне Церкви, будут уклоняться от принятия священного сана. Здесь опять непонимание целей и задач реформы. Ведь реформа проводится не только для того, чтобы получить право выдавать государственные дипломы. Это должно стать естественным следствием преобразования семинарий. Главной задачей реформы является совершенствование самих основ духовного образования. Святейший Патриарх на уже упоминавшемся Ректорском совещании прекрасно охарактеризовал происходящие перемены, подчеркнув, что реформа должна сделать духовное образование “школой вхождения в живой церковный опыт и церковное Предание, а также эффективной подготовкой пастырей к свидетельству и служению в современных условиях секуляризованного общества”. Поэтому, реформируя семинарию, наша задача — создать в ней такую обстановку, которая благоприятствовала бы развитию у студентов желания принять священный сан. И здесь многое будет зависеть от кадрового состава каждой семинарии.

— Скоро должен состояться семинар проректоров духовных учебных заведений, на котором предполагается обсудить вопросы и проблемы, связанные с состоянием воспитательной работы

в духовных школах. Как сегодня понимается воспитательная функция семинарии, планируются ли какие-то реформы в этой области?

— В воспитательной сфере у нас проблем не меньше, чем в учебной, если не больше. И что-то изменить здесь гораздо сложнее, чем в учебных планах и программах.

Сегодня и учащие, и учащиеся духовных семинарий по уровню воцерковленности, элементарной культуры очень сильно отличаются от  преподавателей и студентов духовной школы советского периода. Тогда работать или учиться в семинарии решался, да и мог далеко не каждый. В духовную школу приходили люди большей частью церковные, и задачей администрации являлось создание условий для нормального течения духовной жизни студентов. Упрощая, можно сказать, что воспитание заключалось в контроле за соблюдениями правил общежития и поведения. Сегодня же большая часть студентов — новообращенные христиане. Для многих из них первые курсы семинарии — не что иное, как период воцерковления и катехизации. Кроме того, средний возраст современного абитуриента семинарии составляет не 22—25, как раньше, а 17—18 лет.

Совершенно очевидно, что воспитательные задачи духовной школы сегодня совсем иные, чем 15—20 лет назад. Конечно, стоит подумать над реформированием самих воспитательных структур, но мне кажется, что здесь главное не структура, а исполнители. Сегодня следует крайне внимательно подходить к решению вопроса о назначении проректора по воспитательной работе и его помощников. Воспитателями всех уровней должны становиться самые достойные и адекватные современной ситуации люди.

Стоит посмотреть на все это и с позиции воспитателя или администратора. Представляете, какой это объем работы? Без выходных и праздников, порой даже без сна, зачастую и без достойного вознаграждения. Очень хочется надеяться, что предстоящий семинар проректоров по воспитательной работе, работу которого возглавит председатель Учебного комитета архиепископ Верейский Евгений, определит конкретные проблемы воспитания в духовных школах и пути их решения.

— Существуют ли контакты с зарубежными богословскими и образовательными центрами? Как можно охарактеризовать состояние этих контактов сегодня?

— В настоящий момент Учебный комитет только начинает выстраивать отношения с зарубежными учебными заведениями. Студенты и выпускники наших духовных школ обучаются в Греции, Англии, Италии, Германии, Швейцарии, Америке и других странах, но эти образовательные командировки пока носят прецедентный характер, так что говорить о какой-либо системе было бы преждевременно.

Новая структура центрального аппарата Учебного комитета, утвержденная Святейшим Патриархом, предусматривает создание Отдела международного сотрудничества Учебного комитета. Как раз сейчас мы занимаемся разработкой концепции развития деятельности этого Отдела. Необходимо упорядочить и расширить те контакты с зарубежными учебными заведениями, которые сегодня имеют российские духовные школы, и найти такую модель сотрудничества, которая обогатит, принесет максимум пользы нашей науке и образованию.



© «Церковный Вестник»

Яндекс.Метрика
http://